Адвокатская группа бывшего министра обороны РА Давида Тонояна периодически получает вопросы от СМИ. И сейчас она представила ответы Давида Тонояна на ряд полученных в последнее время вопросов.
-Г-н Тоноян, как Вы оцениваете проект закона РА «О внесении изменений и дополнений в закон «О воинской службе и статусе военнослужащего», которым, в частности, в случае выплаты 24 млн драмов вместо 2 лет предлагается служить в рядах ВС 4,5 месяца?
— Представленный проект созвучен с «мирной повесткой» правительства и политической власти. Лично я и министерство обороны всегда выступали против подобных инициатив.
Для меня предлагаемые проектом урегулирования неприемлемы. Службу в Вооруженных силах РА необходимо приветствовать и поощрять, а не назначать «откуп» за освобождение от служения Родине.
Интересно, будет ли сохранена прозрачность по части имен лиц, которые заплатят за избавление своих детей от «лишений», связанных со службой в Вооруженных силах в течение, минимум, 1,5 года?
—В последний период Вы и Ваши адвокаты неоднократно выражали недовольство действиями судьи, но, похоже, он больше не будет заниматься вашим делом.
— Прежде всего, отмечу, что после передачи дела в суд было назначено 7 судебных заседаний, из которых состоялось только 4. В целом за последние 8 месяцев состоялось около 8-9 часов судебных заседаний.
Я не обеспокоен тем, что уголовное дело направлено в Антикоррупционный суд, но я не могу не констатировать, что судья Манвел Шахвердян знал о том, что это дело подлежит рассмотрению в Антикоррупционном суде, как минимум, с апреля 2021 года, когда в Конституционный закон РА «Судебный кодекс» было внесено соответствующее изменение.
По моему глубокому убеждению, судья Манвел Шахвердян намеренно и продуманно искусственно затягивал судебные заседания в течение этих месяцев, чтобы «избавиться» от этого дела. В итоге я и другие фигуранты по этому делу были незаконно лишены свободы без каких-либо законных оснований.
Более того, необоснованно затягивая процесс, судья не дал мне возможности опровергнуть утверждение обвинения о том, что я якобы могу оказать давление на свидетелей и других участников судебного процесса. И это в том случае, что единственным «обоснованием» содержания меня в заключении около года является именно это надуманное «опасение».
